Борис Мездрич: «я рад, что не сдал спектакль»

Аида ВоробьёвaАвтор:Аида Воробьёвa

Борис Мездрич: «я рад, что не сдал спектакль»

Борис Мездрич. Фото: sib.fm/Никита Хнюнин

Директор Новосибирского театра — об увольнении и о чувстве глубокого удовлетворения

Министр культуры Владимир Специалист уволил директора Новосибирского государственного академического театра оперы и балета Бориса Мездрича. Причиной стал его отказ принять рекомендации министерства в ситуации вокруг спектакля «Тангейзер», которая вызвала возмущение православных иерархов и активистов. Передавая дела новому директору Владимиру Кехману, Борис Мездрич ответил на вопросы корреспондента «Известий».

— Как и когда вы узнали об увольнении?

— Сегодня, пять часов назад, когда я встретил прилетевшего из Москвы первый заместитель министра культуры Владимира Аристархова. Он в аэропорту вручил мне приказ о расторжении договора о назначении директора Владимира Кехмана.

— А когда мы ехали в аэропорт, еще не знали, зачем едете?

— Я не знал.

— Ты доволен тем, что остался верен своей позиции?

— Как говорили в советские времена, чувство глубокого удовлетворения. Если вы действительно, действительно внутренне очень доволен. Я рад, что выдержал этого давления, что не сдал спектакль. К сожалению, дожить до конца и выиграть не удалось. Но я благодарен всем, кто поддержал нас — коллег, зрителям, коллективу театра. Я свой путь прошел, кажется, достойно. Правда, мне еще суды над «Тангейзером» перед нами.

— Передали дела Владимиру Кехману?

— Он сейчас ходит в театр. Я его познакомил с замами, главными специалистами.

— У вас были дружеские отношения? С каким настроением приехал сейчас?

— Нет, я вообще с ним только по телефону был знаком. Лично я в первый раз увидел сегодня. Меня не волнует, как это настроить.

— Министр предложил вам вариант, в котором хранятся by post?

— Нет, он вообще не ставил передо мной такой выбор. Когда мы говорили две недели назад в его кабинете, он представил предложения, которые потом частично были опубликованы в документе под названием «Позиция министерства культуры». Но я сказал ему, что некоторые предложения не могут быть выполнены: в частности, сокращение финансирования «Тангейзера» и извинения. Я сказал, что для меня это невозможно. Мои профессиональные принципы не позволяют мне «отдать» спектакли и извиняться перед людьми, которые не видели оперу.

— Какие у вас планы на будущее? Пойдешь в отпуск или будете работать?

— Надо подумать. Ведь только что он узнал об освобождении. Хотя, конечно, просчитывал этот вариант. Я понимаю, что в таких ситуациях уход директора — одна из самых важных параметров. В разговоре с министром, я объявил, что готов к этому.

— Сегодня около театра был еще один митинг против «Тангейзера».

— Я видел, проезжал мимо. Несмотря на солнечную погоду, вместо заявленных трех тысяч, организаторы собрали одну. Это хороший признак. Это значит, что в Новосибирске все-таки удалось убедить какую-то часть людей. Город не сдался, люди не пошли на поводу агрессивной публики, прикрывающейся православием и канонами церкви. Это очень радует. Я думаю, что город сохранится. Люди будут понимать, что нельзя согнуть. Это хорошо понимали не только в Новосибирске.

— Через неделю состоится митинг своих сторонников. На него придет?

— Посмотрим. Я вообще не сторонник таких форм общественной жизни. Я привык разговаривать в помещениях, интимным образом. Театр не принимает участия в организации этого митинга. Его инициировали люди и общественные организации, которым я очень благодарен за поддержку.

Ярослав Тимофеев, «Известия»

Об авторе

Аида Воробьёвa

Аида Воробьёвa administrator

Оставить ответ