Ален Маратра во Владивостоке: «Актер, как шаман, должен быть в вдохновленном состоянии»

Аида ВоробьёвaАвтор:Аида Воробьёвa

Ален Маратра во Владивостоке: «Актер, как шаман, должен быть в вдохновленном состоянии»

Ален Маратра. Фото: РИА PrimaMedia

Опера «Волшебная флейта» Вольфганга Амадея Моцарта – это вторая из обещанных премьер-министр от Мариинского театра в Санкт-Петербурге. Накануне полуконцертного исполнения оперы режиссер Ален Маратра рассказал о труднопостижимых явлениях любви, вдохновения и искусства как чудо. А также об опытах с большими Мстиславом Ростроповичем и Питером бруком.

Ален Маратра окончил государственный институт театрального искусства (INSAS) в Брюсселе. В 1974 году присоединился к актерскому Питер Брук и принимал участие почти во всех постановках «Международного центра»: «Кармен», «Махабхарата», «Буря». Сыграл Тригорина в «Чайке» Чехова и придворного шута Оселка в «Как вам это понравится» Шекспира. Участвовал во многих телепроектах, снимался в фильмах Мишеля Девиля («Маленькая банда»), Амоса Гитая («Голем») и Клода Берри («Война Люси»).

В Мариинском театре поставил оперу Россини «Путешествие в Реймс», которая получила премию «Золотая маска» в категории «лучший оперный спектакль» и «лучший режиссер» и «Золотой софит» как лучшая оперная постановка сезона; «Любовь к трем апельсинам» Прокофьева и «Волшебная флейта» Моцарта. Сотрудничал с Международным театральным фестивалем в Сан-Паулу, Театром Петра Фоменко и традиционным балийским театром.

О любви

Основная тема «Волшебной флейты» – это любовь. Но что такое любовь? Конечно, это не совсем то, о чем рассказывают фильмы из голливуда. Хотя некоторые девушки, несомненно, представляют собой: замечательный жених на белом коне, красочная жизнь в красивом замке. Но я скажу: нет, это что-то, чего не существует. Потому что даже в случае реализации самых красивых мечты по-прежнему остается чувство неудовлетворенности: «душа хочет чего-то большего, более чистого и светлого.

Ведь и я сам – это не только то, что я. Внутри меня дикое желание чего-то другого, неизвестного. И это желание никогда не угасает, это постоянно. Кто-то после нашего рождения, сеет зерна недовольства в нашу душу, и мы живем с ним всю свою жизнь.

Это чувство – трудно описать словами, но именно это и делает нас внутренне расти и совершенствоваться. Это то, что мы, актеры, можем поделиться с вами, зрителей. И хотя в действительности мы не имеем об этом понятия, но мы можем почувствовать на уровне интуиции. Это чувство светятся глаза ребенка, когда смотрит на маму. Не нужно держаться за нее и кричит, что он ее любит. Это чувство является невидимым, но оно питает и восстанавливает его. Это на самом деле.

См. также:Балерина Наталья Осипова не выступит 29 августа в Барселоне из-за проблем с документами

Удалось ли мне показать любовь со сцены так, чтобы зритель в нее поверил? Если я скажу да, то я буду слишком уверен в себе. Но я попробовал открыть исполнителей, как следует реагировать на то, что происходит на сцене, чтобы в своих формах открыты, как личности.

О театр как чудо

Актеры старались показать мне жестами, которыми обычно описывают любовь: прижимали руки к груди, зажмуривались от избытка чувств, но это не то. Ты видел людей, которые более 30 лет живут в браке? Видно, что их связывает что-то очень сильное. Как будто человек излучает, что без партнера ничего. Чтобы понять, как показать, актер должен задать себе вопрос: что такое любовь? И это вопрос должен касаться его не как художник, но и как человека. Каждое слово, которые он пропевает в ариях, высказывается в диалогах, вызывает в нем какие-то изменения в душе. Человек пропускает через себя музыку Моцарта, и благодаря этому происходит обмен чем-то невидимым. Это то, что объединяет художников и актеров, необычные качества, который не существует в повседневной жизни, но который возникает как чудо.

Видишь, какая тишина в зале, – ты осторожен, слушала. Это чудо. Но тишина не может длиться целый спектакль. Люди нуждаются в забавном, смешном, в новом событии – и в этом безостановочном следовании жизни, которая очень изменчива, и это затруднение театра.

Почему мы относимся к жизни, к миру с установленными требованиями: мой любимый человек должен соответствовать, на мой взгляд, мир должен соответствовать моим представлениям. Постоянно что-то навязываем людям и миру. Музыка не навязывает, а предлагает. Режиссер выдвигает идею и делится со зрителем.

В Санкт-Петербурге «Волшебная флейта» ставят уже четыре года подряд: двести-триста раз ее играли, тысячи зрителей увидели. В этом суть всех великих произведения: роман ф. м. Достоевского можно перечитывать и каждый раз открывать что-то новое.

О человеческой слепоте и потерял время

Основная тема, к которой я обращаюсь всю жизнь на различном материале – это слепота людей. Да, люди слепы и не видят друг друга, не видят что-то большое, у них потеряна связь с чем-то, что выше них. Но все оперы, все великие произведения говорят об этом. В романе «Идиот», люди, которые окружают князя Мышкина, – ничего не слышат: они не слышат друг друга, не слышат друг друга. Настасья Филипповна не слышит зарождающееся в ней чувство. Отец не слышит своих дочерей.

См. также:Анатолий Иксанов: мы, наконец, возвращаемся домой

Помните историю Пандоры? Первая женщина, созданная Зевсом, открыла ящик, в котором были собраны все невзгоды, и они разбросаны по земле. Она захлопнула ящик, но под крышкой осталась только одна надежда. Жизнь, даже если прожита, неисчерпана, всегда можно что-то сделать, чтобы преодолеть свою слепоту, прозрел. Эта борьба с собственной слепотой нужно вести каждый день.

Человек всегда бежит за временем, которое прошло. Человек думает: я должен сделать это и это, чтобы иметь время, чтобы догнать. Но догнать упущенное время невозможно. Потерянное время – это моменты, пережитые механически.

О специфике работы актера

Чтобы актер понял, что такое тишина, следует посмотреть фильм «Остров».

Недавно я пригласил священника, чтобы он пообщался с актерами. Отец удивился: о чем я буду с ними говорить? Я сказал: а для вас слово «любовь» имеет значение? Он подумал: «это самое главное, что есть в моей жизни. И так это сказал, что я понял, так это чистый, это святое, это для него очень серьезно. И актеры должны говорить с такими людьми, которые призваны к служению чему-то высшему.

Актер должен всегда оставаться ребенком, как под взглядом Господа. Если актер будет просто петь текст, чудо театра не произойдет.

Если актер как много перестрадать, чтобы более убедительно играть – это очень страшный вопрос, но в нем есть немного истины. Когда-то я играл бюрократа, который убивает своего босса. Но это не значит, что я должен пережить этот опыт в жизни, чтобы играть, скорее всего.

Актер, как шаман, всегда должен быть в вдохновленном состоянии. Не только на сцене. Реальность, должно полностью господствовать над ним, и это должно быть интересно. Это ужасно, когда актер выходит на сцену и хочет просто сидеть сложа руки.

Актер-это человек, который постоянно обманывает, чтобы сказать правду.

См. также:Моцарт: убийство со многими неизвестнымиНа работу с Мстиславом Ростроповичем

Да, я встречался с Ростроповичем. Это был удивительный человек, в то же время очень простой и человеческий. Проявил большой интерес ко мне – моих планов, намерений. И в конце встречи сказал:

«А теперь разберемся с оперой: напишешь текст, а композитор напишет музыку».

И когда опера была закончена, мы пришли, чтобы прошел ее полностью — она длилась около часа. А когда пианист закрыл рояль, сказал: все супер, но есть проблема. Он сел, для фортепиано и снова играл всю увертюру, говоря: проблема здесь, здесь и здесь – полностью осталась в памяти. Это был великий человек.

О работе с Питером бруком

Самый выдающийся режиссер, после Станиславского, это-Питер Брук. Ему удалось восстановить всю актерскую игру. Я работал в команде с певцами в качестве педагога. И он сказал мне, что самое главное: безоговорочно верить в эту мечту, которые у меня есть.

Про творческие планы

Валерий Гергиев хочет поставить на Приморской сцене три спектакля, которые с успехом идет в Санкт-Петербурге: «Любовь к трем апельсинам», «Волшебная флейта» и «Возвращение в Реймс». С первыми двумя удалось.

Поставить во Владивостоке что-то особенное, может быть, только человек с Владивостока – он должен знать, что сказать. Но, на мой взгляд, не имеет смысла создавать спектакль для одного города — он должен быть интересен для всех.

РИА «PrimaMedia»

Об авторе

Аида Воробьёвa

Аида Воробьёвa administrator

Оставить ответ