Жизнь академической музыки в России

Аида ВоробьёвaАвтор:Аида Воробьёвa

Жизнь академической музыки в России

Константин Ефимов

Жизнь академической музыки в России наполнен таким удивительным шизофреническими последствиями, что только диву даешься, как музыкантам, в принципе, можно сохранить свое сознание и почему они так редко сходят с ума.

Судите сами: вчера ты выполнял «Героическую» Бетховена в центре, пронизанном строгими классицисткими пропорциях зале в Базеле, под взглядами безупречной швейцарской общественности и всего пантеона величайших композиторов Европы, застывших мрамором совершенства в нишах этого волшебного зала. Ты упоительно забывался в водоворот ожесточенных созвучий идеального немецкого финала, освобождающего дух человеческий.

А через несколько дней в Москве сумасшедший монах из ада проводит фестиваль своих бездарных и унылых, как вокзальная паб позиции. Набивается полный зал людей, во главе с несколькими верховодящими плохих парней, которые срочно делают это торжество псевдодуховной плохого вкуса в важные для страны культурное мероприятие.

А ты, сгорая от стыда лепишь какие-то «картохи» и детсадовские восходящие последовательности, с ужасом понимая, что это такое «новая российская духовность».

Еще через несколько дней ты аккомпанируешь, в самом красивом и замечательном московском зале Луганскому, который медленно производят из рахманиновского концерта историю нездешней, какой-то, совершенно параллельно, но до слез родной реальности. Рассказывает о России, где все пошло по-другому, будет лучше, лучше, без ужасных фильмов ужасов, и где можно в шубе из соболя мчаться на санной тройке куда-то в сторону конституционной монархии, мимо дома с мезонином, темных переулков, вишневых садов, и далее со всеми остановками.

И так гениально он это делает, что сам начинает верить в реальность этих изменений, а потом выходишь на ночную Никитскую под медленный, бесконечные снегопады, а какое-то время ритм стройных старых московских улиц накладывается на ритм, в котором качается эта воображаемая трое в душе, рожденная под пальцами гениального музыканта. И тебе просто хорошо и правильно.

Классика изнутри: музыканты о кровавых мозолях, дирижерах и rock-n-rolla

А на следующий день – хуяк! Тебя запихивают в самолет, в пути в город Екатеринбург, и там ты лабаешь в симфонической поддержке юбилейного концерта Валерии.

Полный зал, все заполнены циклопическими букетами, вселяющими робкую надежду, что, может быть, в финале этой странной белой женщины, выкрикивающей свое оглушающие на словах все закончится, как у Гелиогабала, на сцене волнуется мечется туда-сюда мужчина, так ужасная, что даже в идеально выбритом, как его голова, щеки и подбородок, как будто покрыты покаянным пеплом (да-да, Виктор Олегович, вы правы), и в разгар этой путаницы, насквозь пропахшего серой, сидишь ты, сонный, охреневший и, теряя остатки самоуважения.

А на следующий день… не важно, что на следующий день, то важны эти качели, всю жизнь несущим нашего брата, русского художника, между абсурдом и красотой.

Хороша ли такая жизнь плохая? Каждый сам решает, конечно. Но, безусловно, не является скучной и однообразной.

Константин Ефимов

Об авторе

Аида Воробьёвa

Аида Воробьёвa administrator

Оставить ответ